«

»

Янв 09

«В гости к Шолохову». (Театрализованная программа для школьников с викториной по произведениям писателя).

«В ГОСТИ К ШОЛОХОВУ».

(театрализованная программа с викториной по произведениям писателя).

Ведущий 1.
У каждого человека на Земле есть самый дорогой сердцу уголок.
Ведущий 2.
Люблю свой край, простор родимый, Станицы, рощи, хутора, Широкий Дон, ковыль, гонимый Низовым ветром. До утра. Вокруг простор степи бескрайней, Весь зеленеющий в цветах, И аромат необычайный В глубоких тает небесах.
Ведущий 1. Донская степь… Она осталась в своем первозданном виде лишь в балках да буераках, на каменистых буграх и увалах. Среди бескрайних полей едва приметные сторожевые курганы — молчаливые свидетели минувших веков. Если взойти на один из таких курганов, перед глазами открывается неоглядная ширь Обдонья.
Медленно и величаво пересекает Тихий Дон аквамариновую зелень поймы. Поэтому и называется наш край Землей Донской.
Ведущий 2. А степь зовется шолоховской.
Одухотворенная гением художника, древняя казачья земля открыла миру кладези невиданной красоты. Словно столетиями томилась здесь сокрытая от человеческого глаза поэзия. И впервые со времен «Слова о полку Игореве» страстным голосом нового певца разбужена степь. Она задышала широко и вольно, с исполинским размахом, изумляя величием красок.

Картина 1.
Корреспондент. Да, красивые места! Был я там не однажды. Первый раз попал на берега Тихого Дона по заданию редакции, чтобы рассказать читателям о Шолохове, а потом не раз возвращался по велению сердца. Появились у меня и друзья, особенно среди стариков. Кто, как Не они, много знает и рассказать может, только слушать их некому…
Помню, как-то летней порой остался я ночевать в хуторе Черновском, что неподалеку от Вешек, у своего давнего знакомого мельника. Мы сидели с ним на сухой поваленной буреломом вербе, беседовали о житье-бытье, когда к нам подошел щуплый старичок.

Появляется старик, кланяется, садится рядом.

Мельник. Откуда это ты, Макарыч!
Старик. Из Вешек.
Мельник. Али от Шолохова?
Старик. От него самого.
Мельник. Какая нужда носила?
Старик. Нужда не нужда, а у каждого человека свое горе случается, свои думки наплывают, а он, Лександрыч, против каждого горя слово имеет.
Корреспондент. Что же это за слово?
Старик. Оно волшебное. Ты видел дуб-то, что у Зыбучего Бугра? Эге, паря, это не простой дуб. Он бессмертный. Ему столько веков, сколько воды унес в море Тихий Дон-батюшка. Он все слышит, все чует, где что делается, — корни его по всей земле расплелись. Он и видит все — голова его под самыми облаками. Много добра и зла повидал он за свою жизнь, много мудрости набрался, потому и стал бессмертным. Хочешь, мил-человек, расскажу тебе о дубе том сказку-быль, а ты — хочешь верь, хочешь — не верь.

Корреспондент. Расскажи…
Старик (вздыхая). О-хо-хо. Давно это, паря, было. Гуляли в ту пору по Дону отбившиеся от белых и не приставшие к красным банды. Житья от них мирному люду не было. Со-брался тогда из трудового люда отряд — и навстречу банде. Сошлись на Зыбучем Бугре, шашки скрестили. Да так, что остался от отряда того один-одинешенький молодой боец, парнишка лет 15. Чудом, стало быть, уцелел. Пошел он к дубу, сел под ним и обхватил голову руками. Слышит, дуб что-то шепчет, спрашивает:
— Что ты приуныл, паря, какие у тебя думки в голове?
— Командира моего зарубили бандиты, весь наш отряд уничтожили. Как теперь могу я своему бедному люду помочь?
И тогда еще ниже склонился дуб своими ветвями к парнишке, зашептал:
— Вижу, мать дала тебе хорошее, доброе сердце, светлый ум, а я тебе дам волшебное слово. Бери его и неси людям. Для врага оно будет страшнее шашки и длиннее пики, для друзей — студеным родником, игристым донским вином, что бодрит сердце и утоляет жажду. С тех пор и стал приходить парнишка к тому дубу. Я сам видел его там однажды. Иду по тропинке, слышу: шепчет, шепчет дуб, а под ним — Он. А еще сказывают, повстречался он под тем дубом с прохожим каким-то. Присели, значит, закурили, помолчали. Вот прохожий и спрашивает:
— Не признаешь, Лександрыч?
А он плечами пожимает, нет, мол, не признаю.
— Да где уж, — говорит прохожий, — вон сколько с тех пор воды утекло в Дону! Давно уже заметелило мой черный чуб, да и твоя головушка ковылем зацвела.
И тут Лександрыч признал прохожего. Обнялись они, поцеловались по обычаю. Опять закурили.
— Спасибо тебе, Лександрыч, за правдивое слово, описание моей крученой жизни, — говорит прохожий, — только не на том месте точку ты поставил. Я ведь еще послужил на-роду, России. Грехи свои кровушкой смыл.
И тут прохожий снял с дубового сука свой китель, а на нем рядом с Егорьевскими крестами — ордена и медали за Победу над лютым Гитлером. Вот оно как обернулось…
Вразумел?
Корреспондент. За кого же он больше был, за наших или за белых?
Старик. Дык ить они все наши — и красные, и белые. За Россию свободную он воевал, за вольное казачество.
Корреспондент. Видно, в самом деле подарил Шолохову дуб-великан свою тайну, слово волшебное, которое проходит через сердца людей.
Нет, пожалуй, ни одной страны мира, где бы произведения донского писателя не издавались и не производили ошеломляющего впечатления. Сказать только: произведения Шолохова знают в Европе и США, в странах Латинской Америки, в Китае, Индии, Японии.
Вот и не верь после этого легендам.
А дуб, он и сейчас стоит, «свидетель» событий, происходящих на Дону. Ему, как считают лесоводы, около 400 лет. Высота его 23 м, а окружность — почти 7. Уникальное дерево взято под охрану государства. А местные энтузиасты-краеведы огородили ствол дерева частоколом и на металлическом щитке вывели: «Памятник природы». Мечтательно,
Да! Хорошо бы посидеть в лодочке на воде, поговорить о рыбалке, о том, что ловили раньше и что сейчас ловится… Макарыч, а правду говорят, что Шолохов рыболов заядлый был?
Старик. И рыболов, и охотник. Ты в музее-то бывал, в доме том, где он книги свои первые писал? Там теперь собрали его охотничьи и рыболовные снасти. Шолохов, он-то дожил до времени нонешних лесок, тонких и прочных, но до войны ловил на лески, связанные из конского волоса или сплетенные из 12-ти катушечных ниток, на сазанов.
Лишнего ловить не любил, но однажды за утро вытащил дюжину сазанов. И крупных.

Разводит руки, показывая размер рыбы.

Ловил он стерлядь и судаков, но сазаны были его любимой добычей. Особо крупных взвешивал на безмене. Рекордная его добыча — сазан в 25 кг!

Появляется Маланья Васильевна, дородная казачка.

Маланья Васильевна (укоризненно): Ой, Макарыч,опять хвастаешь; человек с дороги устал, а ты… (Обращаясь к корреспонденту.) — Пойдемте лучше в курень, его (машет на старика рукой) не переслушаешь.
Старик. Что ж ты, Маланьюшка, нам разговор прерываешь, человек же интересуется.
Маланья Васильевна. А вот пойдемте за стол, там и договорите.

Картина 2.

Комната. Накрытый стол. Маланъя Васильевна угощает гостей.
Меланья Васильевна. Кушайте, гости дорогие! Вот картошка разварная с укропом, вот помидоры-огурцы — все со своего огорода. Лапша куриная да каша кабачная; вот бара-шек жареный, спробуйте! А потом чай будем пить с медом. (Нахваливает.) А мед у нас чабрецом пахнет! Вот ватрушки с каймаком, пышки — сегодня утром стряпалась. А может, молочка холодненького?
Корреспондент. Спасибо, хозяюшка, сыты мы уже!
Маланья Васильевна. Сыты? Да разве так-то в старину ели?! Казаки могли долгое время выдерживать на сухарях с водой, но если была возможность, любили потешить свою душеньку разнообразными яствами. Казаки называли застолья беседами. Сегодня — в моем курене, завтра — в соседском. Так и «перетекали» беседы из одного дома в другой, то всей станице. Обеды начинались обыкновенно кругликом (пирогом с рубленым мясом или рыбой). За ним следовали холодные закуски: студень, поросенок, фаршированный гусь и многое другое, общим числом до десяти, всегда подавались на отдельных блюдах.
Затем приходил черед горячего, также до 10 блюд: щи, похлебка из курицы, борщ со свининой, суп из диких уток и фаворит любого казачьего стола — лапша.
А после супов появлялось жаркое: ягненок с чесноком, бараний бок. Ограничение было только одно — телятина. Казаки ее не ели, считая за грех. И десерт бывал на казачьем столе: блины, лапшевники, кашники. Заканчивался обед фруктами. Хлеб каждая казачка пекла сама.
Здоровье гостей должно быть отменным. Ведь отведать приходилось каждое блюдо, чтобы не обидеть хозяина.
Донская кухня отличалась большим разнообразием. Ведь каждый вливающийся в вольное племя донских казаков приносил с собой и частицу прежней жизни, прежние устои и традиции. Поэтому — сколько станиц, столько и рецептов. В верховьях Дона любили взвар из сухофруктов, а на Нижнем Дону — чай. Но особой казачьей любовью пользовался кофе, который завезен был с трофеями из турецких походов. Обычно пили его в полдень. По всей станице стук — казачки толкут кофейные зерна в ступках. Никогда казачки не пили «кохвий» в одиночку. Всегда приглашали соседок.
Старик. Да, Маланьюшка, гостеприимство и щедрость донских казаков вошли в историю. Не про тебя ли поговорка ходит «Как на Маланьину свадьбу»?
Маланья Васильевна. Нет, не про меня. Я по батюшке Васильевна, а та — Карповна была. Не простая казачка — жена атамана Ефремова. На их свадьбе столы ломились от обилия снеди, празднество длилось 3 недели, гостей наехало со всего Войска Донского. И по сей день выражение «как на Маланьину свадьбу» означает лишнюю роскошь, расточительство.
Старик. Правда твоя, Маланьюшка! И все же именно рыба составляла основу казачьего стола. В далеком прошлом и корни донского рыболовства. Большинство казаков ловили рыбу только для собственного стола. Выходили на рыбную ловлю на каюках — долбленых из цельных стволов деревьев лодках, которые управлялись одним веслом, стоя на колене. Орудия лова были разными: удочки и переметы, вентири и бредни, сапетки и неводы. Горячо молились казахи святому Петру, просили помощи и покровительства, потому что рыба была одним из главных источников питания; часто повторяли: «Наше мясо в Дону плавает».
Маланья Васильевна. Мой-то рыбарь как ушел спозаранку на реку, так и до се нет.
Корреспондент. Спасибо, хозяюшка, за хлеб-соль, пойдем, засиделись мы.
Маланья Васильевна. Ступайте с Богом.

Картина 3.
Корреспондент и старик Макарыч продолжают разговор.
Старик. А видал, паря, в музее блесны, что дарили Шолохову в разных местах? Только, ить, он ими не пользовался, предпочитал поплавочную удочку. И удилища бамбуковые и пластиковые не жаловал — были у него березовые удилища, какими исстари пользовались в этих местах.
Бывало, поедут в марте с сыном к густо растущему молодому березняку и прореживают его, удилища получаются длинные, прочные. На 2/3 они шкуривались, а на тонком конце кора оставалась. Высушенные под навесом удилища служили долго, намного дольше, чем лески на них, В гараже у дома-музея хранится пучок таких неиспользованных удилищ. Да ты, наверное, видал?
Корреспондент. Видал, видал, Макарыч! А рядом со снастями рыбацкими — охотничье снаряжение Шолохова: сапоги, куртка, ружье, патронташ.
Старик. Да, любил он и поохотиться, с таким же азартом, как и рыбалил. Но был у него принцип: стрелял только пернатую дичь — уток, гусей, стрепетов, куропаток, да еще зайцев.
Трудно поверить, но еще после войны куропаток возле донских станиц было больше, чем кур. Казаки на них не охотились — жалели патроны. А вот гусей на пролете весной было видимо-невидимо. От гусиного гогота человеческую речь иногда невозможно было расслышать. Теперь? Теперь все в прошлом.
Корреспондент. Да, времена… Недавно перечитал «Тихий Дон» и вдруг увидел, что в романе есть еще одно важное «действующее лицо» — сам Дон и все, что на его берегах ды-шит, подает голос, сияет вечными красками жизни.
Ведущий 1. Мотив природы постоянно звучит в романе. Недаром писатель в конце 1926 г. переезжает в станицу Вешенскую и поселяется здесь. В небольшом домике, затерявшемся среди казачьих куреней, на улице, носящей теперь его имя, и были написаны первые книги «Тихого Дона» и «Поднятая целина». Отсюда в поисках материала Шолохов ездил по донским хуторам и станицам, внимательно выслушивал старожилов, изучал казачью старину.
Сама жизнь — живые люди, «материал и природа», как говорил писатель, была под рукой.
Ведущий 2. Но далеко не так уж мирно и вольно жилось на Дону — горька жизнь безутешных вдов и сирот, солоны отцовские и материнские слезы… Вслушайтесь в слова старинной казачьей песни.

Звучит песня…

Ой ты, наш батюшка тихий Дон!
Ой, что же ты, тихий Дон, мутнехонек течешь?
Ах, как мне, тихому Дону, не мутну течи!
Со дна меня, тиха Дона, студены ключи бьют, .
Посередь меня, тиха Дона, бела рыбица мутит.
Песня эта настораживает и настраивает не на благостное восприятие мирного быта и нравов Тихого Дона, отнюдь не на «экзотические картинки», а на восприятие полных драматизма судеб людей, попавших в мощный водоворот событий.
Ведущий 1. В сюжет «Тихого Дона» органически вошло около 50 народных песен. Они сопутствуют героям романа на войне, на работе, на свадьбах, в минуты радости и горя. Глубокую любовь к народной песне Шолохов пронес через всю жизнь.

Звучит казачья песня.

Ведущий 2. 8 лет отдал писатель своему роману.С громадным интересом весь мир встретил завершение многолетнего труда писателя. 15 марта 1941 г. «Тихий Дон» был удостоен Сталинской премии, самой высшей в то время для писателей награды. А 24 мая 1955 г. в Колонном зале Дома союзов по случаю 50-летия Михаила Шолохова юбиляру была преподнесена репродукция картины известного живописца В. Васнецова «Богатыри». С одной лишь разницей: на ней вместо былинных героев Ильи Муромца, Алеши Поповича и Добры-ни Никитича изображены в седлах на могучих конях бородатый Лев Толстой, кудрявый Александр Пушкин, ершистый, с аккуратной щетинкой усов Михаил Шолохов.
Ведущий 1. И это справедливо! Встать в один ряд со столпами русской и мировой литературы не многим суждено. Сын Дона получил звание академика, степень почетного доктора крупнейших университетов мира, стал дважды Героем Социалистического Труда, лауреатом Государственной, Ленинской, Нобелевской премий.
Михаил Шолохов — достойный сын Тихого Дона, подлинный богатырь земли русской.
Ведущий 2. Когда-то давно известный писатель Серафимович сравнил молодого писателя с ореликом. «Молодой орелик, желтоклювый, а крылья размахнул. И всего-то ему без году неделя. Всего 2—3 года чернел он чуть приметной точкой на литературном просторе. Самый прозорливый не угадал бы, как уверенно вдруг развернется он».
Незадолго до смерти Михаила Александровича неподалеку от Вешенской, на высоком степном кургане, со всех сторон овеваемом ветрами, на правом берегу Дона в металле и камне навеки запечатлен этот орлиный образ молодого Шолохова.
На высоком каменном постаменте — молодой орелик, собирающийся взлететь. Широкий размах крыльев, гордая царственная голова; под крыльями —древняя казачья земля, многострадальная шолоховская степь, на которой сходились конные лавы и умирали герои «Тихого Дона».

Ведущий 2. А теперь викторина.
1. Ответьте, где родился донской писатель М. Шолохов?
а) станица Вешенская (жил и работал)
б) хутор Гремячий Лог (вымышленный населенный пункт из романа «Поднятая целина»)
в) хутор Кружилин

2. Какое произведение Шолохова носит название реки? («Тихий Дон»)

3. Какие произведения писателя экранизированы? («Тихий Дон», «Поднятая целина», «Судьба человека», «Нахаленок», «Жеребенок», «Пастух»).

4. Как называется автобиографический рассказ М. Шолохова о мальчике?
а) «Нахаленок»
б) «Салажонок»
в) «Вороненок»
г) «Соколенок»

5. Назовите самый известный комический персонаж из шолоховских произведений.
а) дед Глухарь
б) дед Щукарь
в) баба Бабариха
г) дед Пескарь

6. С кем сравнивал молодого Шолохова известный писатель Серафимович?
а) орел
б) стрепет
в) беркут
г) сазан

7. Сколько лет было М. Шолохову, когда он написал самое известное свое произведение?
а) 23 года
б) 33 года
в) 40 лет
г) 50 лет

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Вы можете использовать эти теги HTML: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>